Деятели науки настаивают на единичности изобретения планктонной личинки и антропогенности жары в Сибири

Деятели науки настаивают на единичности изобретения планктонной личинки и антропогенности жары в Сибири
Деятели науки, быть может, самые реалистичные из всех живущих в реальном мире людей.
Потому что они хотят знать, как именно в реальности устроен мир.
Вероятно, ими движет не только несколько детское, но великое удивление про то, что не могло же все на свете начаться со всего и в начале начал все-таки должно же было произойти и нечто конкретное, породившее, видимо, всех на свете эволюционистов.
Наверное, их подвигает на это даже и не общее правило науки про то, что допуски и предположения могут быть ошибочны, а застывшие догмы - в корне не верны, и что мир допусков, вероятий, предположений и застывших догм - это обманчивый, в сущности, мир.
Это, возможно, подлинный мир настолько прост, что для обретения новых крупиц знаний о нем требуются бесчисленные исследования с экспериментами. Эти крупицы рождаются, собственно, из полученных в них результатов и данных, и в свою очередь - порождают новые гипотезы.


С ними-то как раз у деятелей науки ныне - судя по сегодняшним пересказам специализирующихся на открытиях науки изданий - никакого дефицита и нехватки нет.
Deyateli nauki nastaivayut na edinichnosti izobreteniya planktonnoj lichinki i antropogennosti zhary v Sibir4Потому как ныне деятели науки повествуют не только о том, что в Древнем Египте, к примеру, далеко не все зависело и определялось одним лишь фароном, там были еще 11 жрецов с севера и 11 жрецов с юга, и это по разработанным ими лекалам вот уже три с половиной тысячелетия человечество идет по пути глобализации, но и про то, что сейчас шествующий по пути глобализации современный человек не просто повлиял на воцарившуюся в Сибири аномальную жару, а он, в сущности, в этом прямо повинен.
То есть - деятели науки говорят о так называемом антропогенном изменении климата, от деятельности человека. Климатологи вроде как нашли подтверждения достигшей в якутском городе Верхоянске жаре в 38 градусов Цельсия и поднявшейся на пять градусов выше средних показателей в период с января по июнь температуре в том регионе.
Деятели науки пришли к выводу об антропогенном факторе на основе моделирования «современного климата, который примерно на один градус теплее климата в доиндустриальную эпоху, и сравнили его с моделью, генерирующей температуры в Сибири без влияния человека, то есть без учета дополнительного градуса».
У них вышло, что подобная нынешней жара в Сибири не может наступать более одного в 80 тысяч лет, но человеческая деятельность увеличила вероятие ее наступления в более чем 600 раз, об этом повествует в своем пересказе публикации в Science Alert «Лента.ру».
Ну, а большая группа китайских деятелей науки сделала эволюционное, возможно, открытие, касающееся многоклеточных животных. Deyateli nauki nastaivayut na edinichnosti izobreteniya planktonnoj lichinki i antropogennosti zhary v Sibir1Китайские исследователи в результате изучения генной истории (точнее - транскриптома, то есть - совокупности непосредственных продуктов генов) приморского гребешка (двустворчатого молюска) пришли к выводу о том, что все на свете животные (за исключением, быть может, гребневиков) чуть ли не всем в своем развитии обязаны одному ключевому эволюционному событию - произошедшему лишь единожды «изобретению» планктонной личинки, которое случилось «в начале эволюции животных». То есть - по выводам китайских ученых «личинки всех животных — от губок до оболочников — являются наследниками единственного крупного эволюционного события: «изобретения» планктонной личинки, случившегося в начале эволюции многоклеточных животных и затронувшего их всех, за исключением, возможно, гребневиков».
Это, в общем, заявка на грандиозное научное открытие, об этом повествуют в своем пересказе публикации в Nature Ecology & Evolution «Элементы». Однако при этом «Элементы» указывают на целый ряд возникающих к обнародованной китайскими деятелями науки
гипотезе о «единичной интеркаляции» «вопросов».

«Во-первых, далеко не факт, что гипотеза «первичности гребневиков» верна. Сейчас накапливаются аргументы в пользу более классической версии, согласно которой древнейшая группа многоклеточных животных — все-таки губки. В таком случае картина сразу усложняется: единичного «изобретения» планктонной личинки с последующей сплошной преемственностью, охватывающей и губок, и двусторонне-симметричных животных, никак не выходит. А что выходит — непонятно. Видимо, не случайно китайские авторы эту альтернативу просто-напросто не обсуждают.
Во-вторых, с генами, дающими вклад в «молодой» транскриптом трохофоры гребешка, всё не так уж просто. Не все, но довольно многие из этих генов специфичны для трохофорных животных, а некоторые — только для моллюсков или даже только для двустворок. Но тогда их нельзя использовать как свидетельство общего происхождения трохофор и других типов личинок. На это обратил внимание Константин Викторович Халтурин, петербургский зоолог, работающий в данный момент в Окинавском институте науки и технологии (Okinawa Institute of Science and Technology). Может оказаться, что трохофора все же уникальна.
Deyateli nauki nastaivayut na edinichnosti izobreteniya planktonnoj lichinki i antropogennosti zhary v Sibir2В-третьих, история личинок многоклеточных животных — очень длинная. Китайские авторы сейчас отважно Deyateli nauki nastaivayut na edinichnosti izobreteniya planktonnoj lichinki i antropogennosti zhary v Sibir3стремятся встроить все ее эпизоды в один ряд, но возможно ли это? Недавно на «Элементах» обсуждалась работа академика Владимира Васильевича Малахова с коллегами, в которой проводится идея, что в эволюции животных было как минимум две генерации ресничных личинок: первая — бластулообразные радиально-симметричные личинки губок, а вторая — трохофоры и диплеврулы, обладающие строгой двусторонней симметрией и специализированными компактными ресничными шнурами. По Малахову, механизмы их происхождения серьезно различались. А ведь есть и личинки, которые вообще не являются ресничными — например, личинки членистоногих и хордовых. Китайские авторы стараются свести все это многообразие к единственному главному эволюционному приобретению, но детального сценария того, как все могло бы произойти, они не предлагают,- разъясняют в своем пересказе «Элементы».

дополнительные материалы
Парейазавры ходили как иноходцы

Оппонирующие «вопросы» «Элементов» говорят, что «тема происхождения и эволюции личинок», как они сами отмечают, будет долго еще оставаться «интригующей».
Добыча новых крупиц научных знаний, и не только про эволюцию личинок, - это, по-видимому, подчас действительно долгий процесс.